Chronica iuris —
практика

12 сентября 2025 года на 17-й сессии Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей была принята новая редакция Закона КНР об арбитраже — первая масштабная реформа за более чем тридцать лет. Она вступит в силу 1 марта 2026 года и знаменует собой системное обновление китайского арбитражного права, направленное на сближение с международными стандартами, повышение предсказуемости и расширение автономии воли сторон.

практика

Искусственный интеллект постепенно перестает быть темой футурологических дискуссий и становится частью повседневной судебной практики. Председатель Торгового суда Вены Михаэль Кунц в интервью австрийской газете Der Standard рассуждает о цифровом повороте австрийской юстиции — от перехода на open-source-решения до внедрения полноценных языковых моделей в работу судов. Его позиция — пример того, как судебная власть стремится совместить технологическую эффективность с фундаментальным принципом: решать должен человек, а не алгоритм. При этом М. Кунц твердо уверен в том, что ИИ станет таким же обыденным явлением в повседневной деятельности юристов, как всякая молитва не может обойтись без привычного «аминь» в конце.

практика

В центре этого дела — попытка добиться в немецком суде признания арбитражного решения, вынесенного МКАС при ТПП РФ в пользу российской компании по спору из договора международной купли-продажи оборудования. Первоначальный спор возник в связи с непоставкой партии оборудования по договору между российской и немецкой компаниями, после того как немецкий продавец отказался поставлять товар в связи с началом войны России против Украины и введением санкций в отношении Российской Федерации. И хотя само арбитражное решение было вынесено в порядке применения Венской конвенции (и в этой части также представляет несомненный интерес), главное в обзоре — позиция и доводы высшего земельного суда по вопросу признания такого решения в условиях санкционного режима, связанного с агрессией России в отношении Украины.

практика

Многолетний спор между покупательницей из Чехии и продавцом подержанных транспортных средств из Италии преодолел все три инстанции — от рассмотрения в краевом суде до Верховного суда Чешской Республики. Решение последней, кассационной, инстанции содержит четко сформулированные ответы на вопросы о том, можно ли заключить договор международной купли-продажи в устной форме; можно ли считать существенным нарушением договора несоответствие объявленого покупателем года производства транспортного средства фактическим данным производителя; какие последствия наступают в случае, если продавец неверно указал данные о свойствах товара, и как это влияет на позицию покупателя при разрешении спора в суде; как скоро покупатель должен заявить о выявленном несоответствии так, чтобы сохранить за собой все средства правовой защиты, предусмотренные Венской конвенцией? Выводы суда по данному спору будут полезными при подготовке будущих договоров международной купли-продажи.

практика

При первых обращениях к тексту Венской конвенции, как правило, складывается представление о противоречии между содержанием ст. 14 и ст. 55. Первая заявляет цену в качестве существенного условия для заключения договора международной купли-продажи, вторая — разрешает ситуацию, когда такой договор действительным образом заключен, однако в нем отсутствует цена. Возможно ли такое? Или это ошибка создателей Конвенции? Решение апелляционного суда из Франции, вынесенное в мае 2025 года в отношении спора из поставок сельскохозяйственной продукции, наглядно демонстрирует ситуацию из практики, когда действительно складываются условия для применения ст. 55 Венской конвенции. Комментируемое решение апелляции интересно еще и подходом суда к вопросу применимости Конвенции в целом. Такой подход несколько отступает от уже сложившейся практики решения данного вопроса.

практика

Суд ЕС в решении, вынесенном в августе 2025 года, разъяснил один из ключевых вопросов налогового права ЕС, связанных с осуществлением внешнеторговой деятельности. Продавец из Польши поставил товар покупателю из Латвии. При этом в момент поставки поставщик не знал, что данный товар предназначался для т. н. «опосредованного экспорта» в Беларусь: вопреки данным, указанным в счетах и транспортной накладной CMR, покупатель не перемещал товар в Латвию. Вместо этого он переоформлял документы на свое имя и в Польше производил таможенную очистку груза для экспорта в Беларусь. Польские налоговые органы истолковали данную поставку как поставку с местом исполнения в Польше и взыскали с продавца сумму неуплаченного НДС и штраф, отказав в признании данной поставки экспортной. Насколько обосновано в данном случае требование польского продавца отменить решение налогового органа Польши и освободить его от уплаты НДС? Суд ЕС в своем решение сформулировал перечень критериев, которые следует использовать для признания поставки экспортной по смыслу налогового законодательства.

практика

В октябре 2025 года Апелляционный суд Дуэ (Франция) вынес решение по делу о поставке промышленного оборудования, которое содержало недостатки. В ходе рассмотрения дела ответчик ссылался на Венскую конвенцию 1980 года. Однако суд не согласился с применением Конвенции: он детально исследовал пределы применения Конвенции и пришел к выводу, что ее положения не распространяются на отношения между конечным покупателем и иностранным поставщиком, не связанными договором с таким покупателем. Это решение, затрагивающее пересечение Венской конвенции, деликтной ответственности и Гаагской конвенции 1973 года о праве, применимом к ответственности изготовителя, стало одним из наиболее показательных примеров судебного анализа вопросов отграничения сферы применения CISG в отношениях с участием нескольких последовательных покупателей товара. Ознакомление с материалами данного спора интересно также ввиду участия в нем представителей страховых компаний.

практика

Аппеляционный суд в Нидерландах рассмотрел жалобу на решение суда первой инстанции по иску, связанному с поставкой продуктов питания. Речь идет о поставке товара партиями. В процессе реализации сделки продавец, предварительно получив оплату за общее количество товара, исполнил поставку последней партии с нарушениями как в части количества, так и в части ассортимента. Аппеляционный суд, применив положения Венской конвенции, в своем решении от 7 октября 2025 года признал такую поставку существенным нарушением договора по смыслу Конвенции и на том основании удовлетворил исковые требования покупателя в полном объеме.

практика

Каждые два года проф. Бургхард Пильтц публикует в ведущем немецком юридическом еженедельник Neue Juristische Wochenschrift обзорные статьи, посвященные актуальным вопросам применения Венской конвенции с учетом судебной и арбитражной практики, которая сложилась с момента предыдущей публикации. Первый такой обзор был напечатан еще в 1994 году, и мы полностью воспроизводим его в рамках нашей онлайн-библиотеки CISG-Library, как и все последующие публикации автора из указанной серии. Статья 2025 года, как и прежде, следует сложившейся структуре изложения материала, близкой к тому, как устроена сама Венская конвенция — от вопросов применимости Конвенции и порядка заключения договоров международной купли-продажи к проблематике реализации таких договоров и разрешения споров, связанных с их несоблюдением.

практика

Продажа коллекционного Porsche стала поводом для применения Венской конвенции. В центре спора — купля-продажа редкого автомобиля Porsche Carrera GT, предназначенного не для личного пользования, а для целей, связанных с инвестированием в объекты, представляющие коллекционную ценность. Покупатель полагался на заверения продавца о «незначительном ДТП», но впоследствии выяснил: продавец умолчал о наличии документального зафиксированного total loss. Нидерландский суд не только квалифицировал это как существенное нарушение согласно ст. 25 и 35 CISG, но и отказал продавцу в защите, применив положения ст. 40 Венской конвенции, усмотрев в действиях продавца признаки недобросовестного поведения. Решение демонстрирует, как Конвенция автономно и последовательно вытесняет национальные конструкции (например, ст. 6:89 ГК Нидерландов) и формирует стратегию защиты, основанную на разумных ожиданиях покупателя в ходе реализации международных сделок. Это дело представляет интерес как с точки зрения толкования добросовестного поведения сторон и определения состава и размера убытков (включая упущенную выгоду), так и в качестве примера применения Венской конвенции к сложной, фактологически нагруженной ситуации.

практика